Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

celtic-skeltic

У карты на рогах



Славянское "чёрт" (*cьrtъ - демон, дьявол) по форме представляет собой имя деятеля от глагола *cersti/cьrto ‘бороздить’ (vel sim.), родственного лит. kir?sti/kertu ‘резать’ и восходящего к IE. *(s)kert – ‘резать’. Вместе с тем семантическое развитие данной лексемы остается непроясненным.
Используя типологические параллели из армянского и анатолийских языков, а также данные антропологического характера, удается установить, что более ранним значением лексемы «чёрт» было «божество, отвечающее за предначертание человеческой судьбы», – значение, которое, вероятно, подверглось пейорации еще в дохристианскую эпоху.


К этой этимологизации можно добавить титул марийских жрецов "карт кугыза" (старик-карт)

В чувашском электронном словаре (марийский изобилует чувашизмами, а чувашский мы одно время изучали специально), "карт" значит "засечка", "рез", как и в приведенной выше славянской справке. Также в чувашском языке бытует достаточно устойчивое словосочетание с использованием русского заимствования – "картсaр старик", т.е. буквально "старик без засечки", которым обозначают человека, впавшего в старческий маразм.

Учитывая возможность первоначального значения понятия "карт" в средневолжском ареале как genius, имеет смысл сопоставить образ "беззасечного старика" с "Сократом, лишенным даймона" из известного аттического предания.

Также имеет смысл семантическое сопоставление русского чёрта и латинского Термина (terminus) – гения границы.

Говорят, "у чёрта на рогах", т.е. "у последней черты", за которой начинается земля не-людей (тиб. mi ma yin), т.е. существ, не принадлежащих к Предку твоего рода.

В таких местах уже сабины ставили идол, что может являться отзвуком палеосибирской традиции (некоторыми исследователями знаменитый Шигирский идол считается ничем иным, как "пограничным столбом").

Почему же чёрту-карту рисуются еще и рога? Бычьи рога – один из основных хтонических символов, который включается в семантику "освященной территории". Так, на Древнем Крите рога означали "царское правление" и сам остров, отождествляемый с Быком.

В русском языке семантическое единство рогов и границы передается такими словами как рогули (рагули – так городские русские Львова называли галицких крестьян, пришедших с той стороны городского кордона), осторожно, на рожон и т.п.

Отождествление вмещающего ландшафта этноса с проявленным телом демона характерно для многих до-индоевропейских культур. Например, Тибет рассматривался его автохтонами как демоница, побеждаемая организующей сакральное пространство космоса силой геомантического акта (сначала в исполнении цэнпо и бонских жрецов, а затем Падмасамбхавы и других буддистских святых). "Покорение природы" в лексике советского модерна следует признать слабым секулярным рефлексом подобного традиционного положения.

В этом смысле можно говорить о "даймоническом характере" всякой карты-территории (латинское carta, безусловно, соотносимо с данными анатолийских и славянских этимологий).

См. также Демоническая природа этногенеза
См. также Отель "У Погибшего Туриста" действует как минимум с XIV века
См. также Некоторые тибетско-этрусские параллели
celtic-skeltic

Интертрадиция: "прилепление" в тибетском

В тибетском языке существует примерный аналог каббалистического понятия "двейкут" (прилепление)

Это blang [ བླང ], "пребывать в акцепторном состоянии", родственно глаголу len (to connect). Практик должен "всецело присоединиться" к нормам правильного поведения (примерный аналог мицвот). Эта стадия следует уже после "необратимого отречения" от мирского – nges 'byung (также у этого понятия есть перевод "повернуть в сторону дома").

Как видим:

Всё везде одно и тоже, всюду и всегда
Все поём одну и ту же песню, господа
(с)

См. также Краткий разбор тибетского понятия Ла
См. также Некоторые традиционные термины для "магии"
См. также Разбор тибетского понятия Цедма
Sicilia

Традиционная женская нагота в Премодерне у арабов, тюрков и народов Кавказа


[Художник: Рафаэль Кадыров]

Вопреки литературным инсинуациям Ивана Ефремова, обитатели Аравийского полуострова в эпоху т.н. Джахилии (язычества) в своем отношении к наготе, в т.ч. и к женской, могли поспорить с народами античного Средиземноморья, причем не с такими, как аттические греки, а с такими, как этруски или египтяне.

Неотъемлимой частью исламской традиции является представление о том, что Таваф (обход Каабы) до реформ Мухаммада производился в обнаженном виде. Ат-Табари приводит различные высказывания по данному предмету:

كانوا يطوفون بالبيت عُراة

Они (язычники) обходили Каабу нагими.

كان قبيلة من العرب من أهل اليمن يطوفون بالبيت عراة

Арабы Йемена всегда обходили Каабу нагими

كان نساؤهم يطفن بالبيت عراة،

Их женщины обходили Каабу нагими

В Тафсире Хасана Табарси упоминается причина для этого:

فكان يطوف الرجال والنساء عراة يقولون نطوف كما ولدتنا أمهاتنا ولا نطوف في الثياب

И мужчины и женщины обходили Каабу нагими. Они объясняли это так: "мы обходим ее (Каабу) в том виде, в котором появились на свет".

Collapse )
Sicilia

Полная реконструкция женской наготы в античности – палестра

[Продолжение, предыдущий выпуск здесь]


[Аталанта побеждает Пелея в борьбе на поминальных играх. Роспись чернофигурного сосуда. Ок. 500 г. до н.э.]

Гимнасии, т.е., в прямом соответствии с этимологией, места для обнаженных упражнений, были известны еще в греческой архаике. Так, афинская литературная традиция полагала учредителем первой афинской палестры (т.е. частного гимнасия) легендарного царя Тесея, личность которого позитивистской историей достоверно не устанавливается (разброс предположительных дат жизни от XIII до IX в. до н.э.):

Он [Тесей] первый изобрел искусство борьбы и в дальнейшем от него берет начало наука, как надо бороться; а прежде при борьбе полагались только на величину тела и силу. (Павсаний, "Описание Эллады" I.39)

В самих Афинах эти учреждения всегда были открыты только для мальчиков и юношей, женский пол из них заведомо исключался. Это были очень консервативные учреждения: существуя не менее 12 столетий и развиваясь крайне медленно, своей законченной формы они достигли уже в римскую эпоху:

Набор общих упражнений, в течение столетий постоянно обогащавшийся, достиг полного расцвета во II—III веках н. э. Ходьба по пересеченной местности, бег на ограниченном пространстве (порядка 30 м), бег по кругу, пробежки вперед и назад, бег и прыжки на месте, удары ногами по ягодицам (упражнение, принятое среди спартанских женщин), выпад ногой в прыжке, движения руками, хейрономия, не говоря уже о более сложных занятиях, таких как упражнения на канате, игры с мячом и обручем. (А.-И. Mappy, "История воспитания в античности")

В отличие от континентальных ионийцев (региона Аттики), дорийцы и островные ионийцы поощряли физические упражнения девочек и девушек, вероятнее всего, также "с самого начала", возводя местную традицию к другим легендарным основателям с примерно такой же расплывчатой датировкой (Ликургу, Гераклу и т.п.)

Collapse )
celtic-skeltic

Полная реконструкция женской наготы в античности – введение


[Ю. Пименов, "Утренний бег Аталанты", 1966 г.]

Некоторая ирония присутствует в том обстоятельстве, что и сегодня, в начале третьего десятилетия XXI века, широкая среднеобразованная публика все еще продолжает воспринимать античность как пространство немыслимой телесной свободы, как своего рода языческую ретроутопию. У античности, точнее у того, что ей считается сегодня, т.е. у образа античности или, скорее, у "легенды об античности", созданной в Новое Время, устойчиво хорошая репутация в ареале евро-американской культуры. В том числе это справедливо и для России – в основном благодаря русской гимназической традиции и несмотря на века православной пропаганды и метисации русских с азиатами и криптоазиатами (не связанными с античным ареалом даже такими исчезающе слабыми и химерическими связями, какими связаны с ним сами восточные славяне). Тем не менее, как раз эта-то гимназическая традиция порой играет с ее приверженцами самые злые шутки.

Конечно же, адекватный человек знает, что античность бывала как одетой, так и раздетой. Но как именно античность бывала раздетой? Античный костюм с увлечением реконструируют (чаще всего с грубыми ошибками) любители истории моды и ролевых игр, но систематическая реконструкция античной наготы, тем более женской античной наготы, по источникам, насколько нам известно, в русскоязычном пространстве еще не предпринималась (на английском и немецком языках таких публикаций достаточно). Тема почему-то считается маргинальной.

Collapse )
celtic-skeltic

Казус Чернова-Туминой, магия и критика Юнга



Я посмотрел на него и сказал без обмана:
По ходу, мы открыли архетип У*бана.
Клиппот здесь ни при чем, как и сефирот -
Если ты Олег Телемский, ты берешь у Юнга в рот.
(MC Фаюмский Бородач)

Когда-нибудь толстый том под названием "Всеобъемлющая критика юнгианской аналитической психологии" все же появится. Давайте в это верить, а пока отметим для себя следующие моменты.

Collapse )
celtic-skeltic

Профаническая жизнь традиционных терминов

Здесь, где понятие Тара
сводится лишь к упаковке
(с)

ЭПИЗОД 1

В таджикском паспорте серия обозначается понятием "сильсиля". Чего только не узнаешь, покупая шаурму...

ЭПИЗОД 2

Административный округ в Индии называется "мандала".
celtic-skeltic

Краткий разбор тибетского понятия Ла

bla [ བླ ] – букв. "то что вверху", таким образом, bla ma ( བླ་མ , лама) – дословно "мать того, что вверху", т.е. "питающий высшее" (в этой связи в иудаистическом контексте см. Пс. 103, ст. 14 и соответствующее каббалистическое толкование в парашат Берешит книги Зогар).

Обиходный (буддистский) перевод слова лама – просто "возвышенный" (что-то типа reverend), bla na med pa – "непревзойденный", и т.п.

Bla – это также единственная часть многокомпонентной души, связанная с человеческими останками, которые она использует в качестве опоры (rten, отсюда, например чортен chos rten (ступа), т.е. "опора веры" – соответствующее словоупотребление у Генона может быть взято именно отсюда). Параллели с Египтом уместны, но должны быть проведены на профессиональном уровне.

Цултрим Гьялцен (р. 1963) в этой связи разъясняет:

Srog ni gshed ma ‘dre yis bcad
[Жизнь (человека) обрывают духи-убийцы]
rnam shes las kyi rjes su ‘brang
[Участь сознания – в соответствии с кармой]
bla ni dursa de ru lhags
[Но Ла (витальная часть души) продолжает жить на кладбище]


Так что Ла дятловцев сами знаете где.

См. также Некоторые традиционные термины для "магии"
См. также Тибетские ключи к Башням Сатаны
См. также Некоторые тибетско-этрусские параллели
celtic-skeltic

Разбор тибетского понятия Цедма

tshad ma [ ཚད་མ , цедма ] – переводчик "Светоча Уверенности" перевел как "логика и семиотика".

Ван дер Куйип [ van der Kuijp ] дает перевод "Эпистемология". Вообще-то логика и эпистемология – весьма далекие друг от друга вещи: логика – это алгебра высказывания (и не более того, но и не менее), эпистемология – более пафосное название гносеологии, т.е. науки о познании. А семиотика это вообще не в ту степь. Ситуация усугубляется тем, что существует от двух до четырех типов цедма: 1) Прямое валидное умозаключение 2) Дедуктивное умозаключение 3) Умозаключение в соответствии с буквой Священного Писания (скриптуральное) 4) Умозаключение по примеру-аналогии

Каждый из этих типов цедма в свою очередь также имеет три уровня: проявленный [mngon gyur], скрытый [lkog gyur] и тайный [shin tu lkog gyur]

Но для тех кто знаком с Каббалой или исмаилизмом, здесь все будет вполне знакомо. Фактически, речь идет о тибетском аналоге ПаРДеС, где "проявленный" уровень соответствует уровню Пшат, скрытый – уровню Ремез, а тайный – уровню Сод. При этом четыре типа цедма могут быть сопоставлены с уровнем Драш [логика + софистика + метафорика + гомилетика]

Так что более точный перевод понятия "цедма", вероятно, герменевтика. Вообще tshad ни что иное как "кульминация, завершение, граница", т.е. герма.

См. также Некоторые традиционные термины для "магии"
См. также О происхождении коранических терминов ТАГУТ и ДЖИБТ
celtic-skeltic

К бездомности оккупанта



(продолжая тему пеласгийского наследия и "настоящей" античности)

Догадка, которую мы считаем крайне важной "запротоколировать", появилась в ходе диалогов, посвященных феномену т.н. Неизвестного Бога. Относительно этого явления мы полагаем, что все неизвестные грекам боги и гении, вроде того, что похитил во сне Эпименида, были на самом деле известны пеласгам, находившимся у себя дома.

Однако удивительные злоключения греческих бомжей в чужой земле на этом не заканчиваются. Хуже того – для грека они не заканчиваются даже со смертью грека.

"Наше" (христианское и постхристианское) отношение к смерти и мертвым в значительной степени детерминировано греко-римским. А представления греков и римлян о мире смерти, в свою очередь имеют настолько жалкий вид, что удивляют даже современного ребенка (способного в работе воображения куда на большее).

Действительно, в пресловутом Аиде (Гадесе) тени мертвых, лишенные меноса (силы) и френеса (самоосознания) не то скитаются, не то слоняются. Не то Аид можно покинуть (Одиссей, Орфей, Эвридика, Персефона), не то нельзя (все остальные). Не то с мертвыми можно поговорить, не то не стоит и пытаться. В общем, Аид не "тянет" на какую-то хоть мало-мальски когерентную концепцию посмертия. Проще говоря, греческая страна мертвых это не улица (хоть бы и с односторонним движением), а какой-то скучный тупик.

В римскую эпоху с посмертием дело обстоит еще хуже (хотя, казалось бы, куда хуже, чем у Гомера?) Хуже всегда есть куда. У Лукиана (родным языком которого, к слову, был арамейский), например, мертвые имеют вполне "атеистический" вид безликих скелетов. Идею ему подкинул Эпикур, которого Лукиан очень любил. И это несмотря на остаточное этрусское наследие в "народной" религии римлян. Не правда ли, возникает когнитивный диссонанс – по инерции совершать возлияния на могилы, по инерции бояться призраков (и постепенно утрачивать навык их различения), но при этом не иметь вменяемой концепции посмертной судьбы человека и воображать царство мертвых навроде пыльного чердака? Ситуация, чрезвычайно похожая на современность и современностью же унаследованная. Ситуация, идеально подходящая для проникновения и распространения чужеэтнических культов и мистерий.

У эпического арийца времен вторжения греческих племен – Гомера – и у эллинизированного семита-скептика Лукиана времен упадка античной культуры больше общего, чем различий.

И при начале и при конце оккупации одно остается неизменным: оккупанты лишены не только прижизненного понимания сакральной географии той этноландшафтной среды, в которой они находились, но лишены и посмертной части своей собственной судьбы, которая, будь они у себя дома, должна была бы органически разворачиваться в драму перевоплощения среди "своих" с участием прокреативного женского божества ("во чреве Матери", как говорят друзы). Но у индо-европейца нет дома. Вместо трансмиграции и постоянного возвращения Предков оккупанты получили то, что заслужили – метафизический тупик и страшные сказки про царство Плутона.

Судя по всему, доступ к знанию о трансмиграции оставался лишь через посредство Мистерий (которые, таким образом, должны рассматриваться как технология автохтонизации завоевателей, технология приобщения их к локальному циклу существования), но тема "греческих" Мистерий настолько спекулятивна (даже у Кереньи), что в этих кратких заметках мы не видим возможности даже наметить решение данной проблемы (установления легитимного инициатического соответствия между завоевателями и завоеванными).

Однако, как было сказано "много тирсоносцев да мало вакхантов" – процент иницированных таким образом и до конца античности оставался крайне незначительным. Ныне же, проливая слезы даже по этой ситуации ограниченной доступности, мы должны хотя бы отдавать себе отчет, по чему же именно мы проливаем слезы: по сути, пресловутые "древние мистерии греков" тождественны просто "догреческому" – не только в хронологическом, но и (и прежде всего) – в этническом планах.

См. также Генеалогические предпосылки к вере в реинкарнацию
См. также Сионизм для всех
См. также Как Глеб не понял волхва