aes_si (aes_si) wrote,
aes_si
aes_si

Category:

Небесные ландшафты Северного Предания



ТО, БЕЗ ЧЕГО МОЖНО НЕ НАЧИНАТЬ

Восемь ночей
я в муках провел
без питья и без пищи.
(Речи Гримнира)

...человека, на которого собаки не стали лаять, он велел схватить. Пришелец был в синем плаще и назвался Гримнир. Больше он о себе ничего не сказал, как его ни расспрашивали. Конунг велел пыткой добиться от него ответа и посадить между двух костров. Так он просидел восемь ночей без еды и питья. (Старшая Эдда)

На девятый (число доступных человеку миров в нордической Традиции) день десятилетний (число полноты) сын конунга Агнар дает Гримниру напиться из рога. То, что представлено как "детская милость", конечно, в реалиях скандинавского общества не могло быть исполнено без приказа отца. Таким образом, перед нами вполне определенные действия со стороны именно конунга, имеющие отношение к воинской инициации. Далее Гримнир перечисляет все пронумерованные миры плюс "острова" или миры без номера.

Священную землю
вижу лежащей...
(и т.д.)

Формула "вижу", произнесенная в состоянии, близком к смерти – ключевая для северного корпуса текстов и достаточная для аттестации.
Например, у Ибн Фадлана знаменитое "О вижу я и мать, и сестёр с братьями", произносимое перед принесением себя в жертву жены руса (после сакрального промискуитета с дружиной и сильного опьянения, перед удушением и закалыванием).
В северной Традиции один из основных подходов к осуществлению духовного путешествия – именно такой, pre mortem (или как минимум в результате сильного шока). То же и у кельтов, но в более смягченном виде, например у Кирка в "Тайном сообществе" человек, желающий видеть фей, должен был перегнуться с телеги через обод колеса, просовывая голову между спиц. Стояночных тормозов тогда у телег не было, а сами телеги были легкие – на манер турецкой арбы, так что человек ежесекундно рисковал сломать себе шею.

Когда Гримнир заканчивает свою речь, он внезапно называет себя Одином (т.е. полностью инициированным). Тогда конунг встает, роняет меч, спотыкается и падает на меч (с профанной точки зрения максимально глупая и нелепая смерть), а Агнар становится конунгом (не забываем, что его десятилетний возраст означает полноту свершения). Один-Гримнир исчезает.

Правильная интерпретация этого отрывка очень сложная задача. Было бы слишком просто заявить о том, что конунг "не узнал" бога, а его сын узнал. Как мы уже отмечали, действие сына (исцеление пленника) в контексте семейной этики того времени не могло быть осуществлено без разрешения или приказа отца. Так же и пленник, находящийся целиком во власти своего хозяина, не начинал бы дерзкие речи без дозволения конунга. Все это было людям того времени прекрасно понятно. Таким образом, явление Гримнира – это прежде всего послание самому конунгу. По сути Один-Гримнир "пришел" за конунгом, а в тот момент, когда он "открылся" конунгу как Один, для конунга уже не было пути назад.

Этот отрывок называется Гримнисмал, причем его поэтическая часть (перечисление Гримниром миров) намного старше прозаической и уходит в дописьменную бездну. Прозаическую часть (ее датируют 1270-ми годами) на самом деле можно считать комментарием к поэтической, наподобие комментариев к Торе. Желание представить эту группу текстов монолитным повествованием под брендом "Старшая Эдда" надо оставлять на совести кодификаторов, переписчиков и издателей Нового Времени. К сожалению, развернутой герменевтики и даже текстологии древнескандинавских текстов не существует (может и к счастью, если учитывать горький катаклизм, которым стала кельтология).
Наиболее же часто цитируется Хавамал или Речи Высокого, который также не входит в некую "каноническую" Старшую Эдду, как везде понаписано, а, напротив, те тексты, которые фигурируют сегодня под обложкой "Старшая Эдда", вместе с Хавамал входят в так называемый Королевский Кодекс, который был открыт на пике датской гегемонии во второй половине XVII века. Хавамал для наших задач не такой интересный, там много поздних (моралистических) слоев. Но под Высоким там также имеется в виду Один. Таким образом, мы приходим к интересному выводу о том, что для (по крайней мере этой ветви) северной Традиции "нет ничего кроме Одина", что Один это фундаментальная парадигма.
Осмелимся предположить, что в "Гримнисмал" Одином был не только Гримнир, но и конунг и его сын Агнар.


БОГ ОДИН И ЭТО ОДИН

Итак, Одином был не только Гримнир, но и конунг и его сын Агнар:
Гримнир – по его собственному признанию, конунг – как адресат послания Одина и как осуществивший на манер своего рода алхимической операции "проявление Одина из Гримнира" путем помещения Гримнира в критическую для жизни ситуацию (поскольку Один согласно мифу инициировал себя сам, то и проверять инициацию Одина может тоже только сам Один), наконец, сын конунга Агнар – тоже Один, как "узнавший" Одина в Гримнире (т.е. проявивший главное качество Одина – мудрость видения).
Итак, здесь сразу три уровня понимания. Только на первом, "легендарном" уровне у нас есть таинственный пленник, который оказывается посланником из другого мира, которого конунг не распознает и который вознаграждает поэтому его более внимательного сына, а конунг получает премию Дарвина, напоровшись на собственный меч. На втором, "магическом", уровне конунг сам приносит себя в жертву и командует сыном, осуществляя смену поколений, используя посредничество бога. Наконец, на третьем – Один, которым являются все участники Гринмисмал, непрерывно приносит в жертву сам себя в абсолютном божественном времени. Своего рода одиническая Троица, но, в отличие от Троицы христианской, в одинической – приносит себя в жертву Отец, а Сын – тот, кто остается (т.е. настоящий момент времени, даже сам феномен относительного времени и самоосознающее "я" в нем).

Один ныне зовусь,
Игг звался прежде,
Тунд звался тоже,
Бак и Скильвинг,
Вавуд и Хрофтатюр,
Гаут и Яльк у богов,
Офнир и Свафнир,
но все имена
стали мной неизменно
(Гримнисмал)

Ответив на вопрос "где происходит Гримнисмал", мы и ответим на вопрос, где находятся девять миров и как туда добираются, что и является предметом, который должен следовать за настоящим кратким обзором.


НЕМНОГО ПРО БИФРОСТ

Если бы даже нам хотелось сопоставить Дрожащий Путь или Бифрост нордического Предания с северным сиянием, для этого нет никаких традиционных оснований. В тексте Младшей Эдды Gylfaginning ("Видение Гюльви") читаем:

Разве тебе никогда не говорили, что боги построили мост с земли на небо называемый Путем Сотрясения? Ты верно и видел его, но принимал за радугу (regnboga). В нем три цвета, и он очень прочен, так как сделан искуснее любых прочих строений.

Сравнение моста на небо с радугой (а ни в коем случае не механическое отождествление "обычной" радуги с мостом на небо *) находит свои прочные параллели в других традициях, в частности, в тибетской и каббалистической ("В каком виде бывает радуга на облаках во время дождя, такой вид имело это сияние кругом" (Иез. 1:26-28 и также в Сефер Хейхалот: "Каждая хаййя увенча­на 2 000 венцами, и каждый венец подобен радуге"; "И эти дуги радуги светлее и ярче, чем белизна солнца в летнее равноденствие" и т.д.).


НЕНУЖНЫЕ

Вот речи Высокого
в доме Высокого,
нужные людям,
ненужные ётунам
(Хавамал)

Материя в нордической метафизике имеет титаническую природу – это труп первогиганта Имира, т.е. материя – это остановленное асами-олимпийцами время хримтурсов-титанов, причем мир все еще продолжает отвердевать, поскольку все еще наблюдаются случаи окаменения троллей. Причем живущие сегодня великаны-йотуны это потомки хримтурса Бергельмира, внука Имира, который вместе с неназванной женой единственный из великанов пережил потоп (а потопом и было истечение крови инеистого Имира) ни много ни мало на ковчеге. Здесь уместны параллели с I Енохом и 31 разделом "Берешит" Мидраш Раба.

Имира плоть
стала землей,
стали кости горами,
небом стал череп
холодного турса,
а кровь его морем


Вафтруднир сказал:
"За множество зим
до созданья земли
был Бергельмир турс;
в гроб его
при мне положили -
вот что первое помню"
(Вафтруднисмал)

Любопытно, не правда ли, что все это происходит "до созданья земли", т.е. до окончательного оформления нынешнего мира (хотя, как было сказано выше, оно все еще продолжается).

Таким образом, чтобы преодолеть ограничения физического мира, который является трупом хримтурса, и получить видение миров, имеются как минимум два пути:

1) Первый путь – преодолеть в себе природу йотуна, пользуясь асической моделью (т.е. уподобляясь асу).

2) Прибегнуть к посредничеству пограничного класса существ.


ТАКОГО КАК ОДИН

Поскольку до нас текстуально дошла только одиническая ветвь Традиции (а скандинависты предполагают, что возвышение Одина связано с движением викингов, и в собственно древней Скандинавии, т.е. до начала движения, было много разных асических парадигм, следы которых обнаруживаются в сагах), то уподобление асам мы будем далее понимать только как уподобление Одину. Это путь одинической инициации.

Второй путь связан с сейдром или дивинационной магией, которая предполагала инвокацию к посредническим существам, например к норнам, имеющим квази-титаническую природу:

[Один] сказал:
"Я странствовал много,
беседовал много
с благими богами;
какие три девы
высоко над морем
парят в поднебесье?"

Вафтруднир сказал:
"Три мощных потока
текут над жильем
дочерей Мёгтрасира;
для людей эти девы –
духи благие (Hamingja),
хоть предки их – турсы (в оригинале – "хоть йотунами удочерены")
(Вафтруднисмал)

См. также Некоторые данные иудейской Традиции о "снежном человеке" так называемом
См. также Почему нельзя пользоваться даже Вульгатой: интересная личность

___
* От этого нас предостерегает сам текст Gylfaginning, так как после сравнения моста с радугой следует обескураживающее натуралиста "в нем три цвета", а викинги отнюдь не были дальтониками.
Tags: Скандинавия, метафизика, север, язычество
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments