celtic-skeltic

Галилея, Галилея! – Из сионистской поэзии

Начатое (иногда) надо завершать. Полный перевод "Галилейской ночи".

Тишина стоит в посёлке
Все вернулись пастухи.
С первым ветром по просёлку
Выйду в горы от реки.
А внизу уже туманы,
Слишком поздно отступать.
Шепчет ветер "Абигайль!
Выйди погулять..."

Галилея! Галилея!
Ветер плачет, не жалея,
Галилея! Лайла лель!
Ветер! Ветер! Воздух пей!

Вот звезда горит огнём,
Подо мною Мей Мером,
А в холмах уже туман
И тропа на древний Дан,
А в горах уже туман
И тропа на Иордан.

Шепчет вечный:
Ночью, ночью
Кто прокрался
В горный край?
Не овечка
И не серна
Не пастух
И не алабай!

Отвечала Абигайль (ему):
Козоногая душа
В ночь отправилась, спеша
К полюбовнику своему!


Галилея! Галилея!


Натан Альтерман (1910 – 1970)
Перевод с иврита 2013-2021

celtic-skeltic

Большое исправление сериала "Перевал Дятлова"



ПРОЛОГ

8 февраля 2021 года. Разгар зимы. Седой Урал. Полуглухая соседка любит включать телевизор на полную громкость. Из телевизора за стенкой в который уже раз поминается Игорь Дятлов.
Я начинаю замечать, что он поминается теперь не только в дни Главного Праздника Церкви Свидетелей Происшествия и по воскресеньям, но и на всякой ординарной мессе, не говоря уже про разный суй, в котором тоже. И что скоро начнется перманентная инкантация. Святой Игорь Дятлов, молись за нас. Святая Люда Дубинина, молись за нас...

Collapse )
celtic-skeltic

1001 имя Евро-Ермака



В советское время полуофициальной версией была реконструкция имени Ермака как Василий Тимофеевич Аленин. К этому приложил руку проклятый Бажов, наследие которого придется изживать еще много десятилетий.

У Ермака помимо тюркского прозвища "Ермак" (пока что воздержимся от перевода) было и другое тюркское прозвище – "Токмак". Это прозвище перевести крайне легко. Токмак, тукмак – это колотушка, слово содержится еще в Codex Cumanicus в загадке про ежа:

Yazda yavlï toqmaq yatïr. (Ol, kirpi-diŋ)
[На лугу жирная колотушка лежит. (Это ёж).]

Т.е. "поколачиватель" (дисциплинарные меры у конкистадоров как раз такие), или, если кому угодно, "молот" (в смысле "пробивной человек" или как в "Молоте ведьм" – молот против чего-то). Возможно, это прозвище как-то связано и с булавой/шестопером/клевцом – любимыми видами оружия наемных войск в XVI веке.

При этом настоящее имя "Ермака" было известно еще С.У. Ремезову, чей отец лично общался с участниками экспедиции. Ремезов и занес его в свою иллюстрированную летопись. Но для совков и постсовков – патриотов Мамонтовой Руси, оно звучит слишком неполиткорректно, поэтому еще многие годы будет оставаться в тени. Это имя – Герман. Фамилия Германа известна из другой сибирской летописи, воспроизведенной Е.П. Карновичем – Повольский. Имя "Герман" латинского происхождения, поэтому могло происходить только из католических регионов. Прозвище "Ермак" от него НЕ происходит. Ну а фамилия говорит сама за себя. "Ермак" был попросту поляк с территории ВКЛ.

Полагаем, что Молот – действительно достойный партнер для Гнева Божьего, Агирре, о котором мы не так давно смотрели первый фильм "речной дилогии" Вернера Херцога в реставрированном качестве.

Почему же немцы могут снять про испанского (анти)Ермака, а сам Ермак до сих пор не изъят из советского/постоветского трэш-пространства, где аксакалы в папахах говорят языком "Конька-Горбунка"? Потому что могут. Пока какой-нибудь Сокуров может снимать про японских императоров. Две головы орла между собой не дружат и смотрят в разные стороны. Но скоро это закончится.
celtic-skeltic

О подлинно традиционных семейных ценностях на Руси



ЗАПАДНАЯ РОССИЯ, ВОЛОГОДЧИНА И СРЕДНЯЯ ВОЛГА (ПРАВОСЛАВНЫЕ)

А.В. Балов, к авторитету которого обращалась М.М. Громыко, писал: «В старину, говорят, в некоторых глухих местах уезда, как, например, в Подорванской волости, на деревенских беседах (на всех или на некоторых, в известное время года) были “гаски”. Молодежь оставшись одна, гасила лучину и вступала между собой в свальный грех. Ныне только кое-где сохранилось только слово “гаски”».

…«Гаски» в прошлом существовали не только в Пошехонском уезде, но и в Вельском уезде Вологодской губернии: «Раньше на посиделках устраивали “гаски”: тушили лучину и начинался свальный грех». В той же Вологодской губернии и в некоторых других существовал обычай, известный под названием «мять солому». «Так называется, – сообщает К. Петров, – обыкновенная посиделка или игрище, по окончанию которых пол избы устилается соломой и затем гасится огонь".


(Юрий Семёнов, "Пережитки первобытных форм отношений полов в обычаях русских крестьян XIX – начала XX в").

В фундаментальном труде, посвященном этнографии Вологодской губернии, утверждается, что «в большей части деревень девичьему целомудрию не придается строгого значения. Как сообщали местные информаторы, «редкая из наших девок не гуляет до замужества». Что же касается парней, то они начинают «баловаться» едва минет 15 лет и к моменту вступления в брак каждый из них «знает не одну девку».

Полная свобода связей между парнями и девушками существовала в ряде деревень Арзамасского уезда Нижегородской губернии. Общество в эти отношения никак не вмешивалось. В Суражском уезде Черниговской губернии, в котором наряду с белорусами жили и русские, добрачные связи имели широкое распространение.
(Ibid.)


МОСКВА, ВЛАДИМИРСКАЯ, ЯРОСЛАВСКАЯ, КОСТРОМСКАЯ ГУБЕРНИИ И СИБИРЬ (РАСКОЛЬНИКИ)

Жизнь других федосеевцев не лучше жизни преображенцев. Развитию такой половой свободы немало содействовали женщины. Так, напр. около 1850 г. в окрестностях Москвы возник новый толк из женщин и девиц, при вступлении в который они давали писанную собственной кровью подписку в том, что ненавидят и отвергают брачное супружество. (С. Шашков, "История русской женщины")

В общинах бегунов жизнь еще более свободна и, по выражению одного их учителя "греси паче естества, паче Содома и Гоморы". Бегуны считают брак состоянием беспрерывного блуда и думают, что "жена дана дьяволом, а девка богом; жить с женою грех, а с девкою несть греха; детей не надо. Свальный грех или так называемые "кладки" существующие во многих раскольничьих общинах, достаточно известны, чтобы распространяться о них. (Ibid.)

И т.д. и т.п.

Далее следует известное свидетельство Рокколини, предвосхитившее процитированные выше наблюдения русских этнографов. Не стоило бы очередного воспроизведения, но тут до нас дошло ударом грома, что на самом деле... мы и сами успели поучаствовать в "гасках". Был у нас на первом курсе один тип, который собирал после последних вечерних лекций желающих в коридоре в корпусе университета и... выключал свет. Причем воспринималось это именно как своего рода квази-ритуал. По крайней мере ощущение некой торжественности присутствовало. Сейчас мы бы назвали, пожалуй, эту атмосферу "саббатианской", хотя евреев среди нас как раз не было (единственный еврей в группе тщательно избегал подобных развлечений, и он же был главным пошляком и любителем психоанализа – совпадение? не думаем). До половых актов, конечно, не доходило, так что это можно было назвать "свальным петтингом", но факт в том, что еще в конце 1990-х деревня XVII века присутствовала в нашей жизни студентов города-миллионника. Называйте это археомодерном, реликтовыми пережитками или реархаизацией (вот это последнее на наш взгляд куда как вернее), но данное обстоятельство слишком примечательно, чтобы от него можно было так просто отмахнуться.

В известное время собираются вместе соседские мужчины и женщины и, поплясав и позабавившись вместе порядком, тушат лучину, после чего каждый берет ту женщину, которая случилась к нему ближе, и совершает с ней половой акт; затем лучина снова зажигается, и снова начинаются пляски, пока не рассветет и все отправятся по домам. В этот вечер лучину уже тушили два раза, и два раза совершен акт с теми, на кого случай наткнул в темноте». (Смехотворное путешествие Лактанция Рокколини в Московию ex Ducento Novelle da signor Celio Malespini. Венеция, 1609)

Любителям своего пола, родственной крови и братьев меньших также было где разгуляться на Руси:

Правда, что мы сами негодные рабы и великие грешники, по пословице: concutimur in nostris vitiis не видим собственных наших пороков; но Русские всех на свете грешнее, по причин своего закоснелого суеверия и безбожия, несмотря на то, что они только себя называют святым народом, а всех прочих скверными басурманами. Ибо хотя они заняли нечто у Греков от истинной христианской веры, но, под видом и под именем христиан, остаются прямыми варварскими язычниками. Сверх того они погрязли в содомском грехе, и никак не могут быть вразумлены, сколь велик гpеx сей в священном писании, а потому и не наказывают как должно за оный. Некоторые оскверняют себя кровосмешением, а что всего отвратительнее, скотским соитием, т.е., не только сквернятся между собою, но и с бессмысленными животными. И cиe не есть уже случайность, но сделалось обыкновением, баснею за столом, препровождением времени и достославным рыцарством. Я не говорю уже о... плотоугодии между ближайшими друзьями.

(Матвей Шаум, 1612)


Русь была и будет свободной и традиционной (что, конечно, одно и то же).


См. также Миниюбки и Традиция
celtic-skeltic

Миллион тамплиеров или Демонизация Ивана Грозного



Иван Грозный и Дракула – предки Сталина. (Название некой исландской книги).

It Belongs in a Museum (Индиана Джонс)

Историография, демонизирующая Грозного, является характерной, даже типичной, для послесталинского СССР (тезис о том, что отечественный либерал – это просто еще одна разновидность homo soveticus, мы здесь раскрывать не будем как самоочевидный, ок?) Сейчас такой подход полностью отвергнут серьезными исследователями. Де факто – Иван IV – один из наиболее успешных монархов Восточной Европы, осуществлявший централизацию в духе синхронных (ну ок, с небольшим лагом *) ему европейских тенденций. Грозному мы обязаны тем, что Россия в плане истории государственности – не Польша (а для некоторых это ведь минус, да).

Просто так вышло, что Филипп Красивый, а Иван – Грозный. Новгород, конечно, жалко, но ведь и птичку тоже. Миллион тамплиеров видимо тоже лично Грозный сжег.

Вообще-то Грозный в бессознательном Европы здорового человека это тот же Дракула, но с учетом масштабов Московского царства – как бы такой Дракула-с-ядерными-ракетами.

А ведь Колосажающий Влад – народное достояние румынского и венгерского народов, его роль в истории этих народов сегодня оценивается однозначно позитивно. В советское же время "зато" венгры позитивно оценивали графа Имре Тёкёли, который брал Вену вместе с османами (точнее, именно что не брал, а забил брать, в результате чего венцы – утрируем – победили), а потом воевал против собственного народа, отвергнувшего его. Хотя, по сути, это венгерский Мазепа или даже хуже – полнейший предатель и изгой. Почему позитивно? Потому что он был "против немцев" (Габсбургов). С нехристианским турками. Назло мамке. С тех же позиций "красного либерализма" кое-кто (не будем его называть) одобрительно отзывался о революционных прибалтах, вырезавших остзейских немецких колонистов в начале XX века.** В общем, Красная Венгрия – это диагноз. Сейчас, когда Венгрия в ЕС, понятное дело, Тёкёли снова говнюк, а исторический кинематограф современной Венгрии сплошь антимусульманский, причем в сём благородном порыве реабилитируются даже личности, куда более сомнительные, чем старина Дракула (скажем, душка Эржебет в "Батори", 2008). И в этом новом кинематографе Габсбурги уже воюют бок о бок с венграми (что бывало все-таки несколько реже чем всегда).

Т.е. вопрос (суть русской девиации) не в том, почему "наш пацан" мочил неверных бояр (так как вроде всем, кроме розовых дев, понятно, что политическая история вообще и централизации в частности это синоним такого мочилова), а почему спустя 500 лет еще какое-то нытье идет и вообще находятся те, кого это лично задевает (наверное, родственники тех бояр?). Видимо, обсуждение Сталина всем надоело, раз уже Грозный пошел на политические мемы вместо того, чтобы сниматься в кино в роли трагического вурдалака с богатым внутренним миром, где ему самое место (и, кстати, в позднем СССР это понимали даже лучше чем сегодня).

Когда же вас уже попустит, бабы и обабленные?

Ну ничего... новое поколение придет, порядок наведет. Уже наводит:



Русская Инерция creeps slowly. Под Колесами Любви – это знал Иван...

____
* 200 лет для Восточной Европы это именно небольшой лаг. Face it.

** Вообще говоря, если некто одобряет убийство немца за исключением того случая, когда это происходит в период между сентябрем 1939 и маем 1945 гг., то знайте, что такого человека следует обходить стороной за кривую милю.
celtic-skeltic

Блеск и нищета Кельтомании, эпизод 2

Начало здесь.

ЭПИЗОД II. РОМАНТИЧЕСКИЙ (1760 – 1831)

Начался в 1761 году с публикации самого знаменитого кельтоманского фейка – "Поэм Оссиана" Джеймса Макферсона (первое издание называлось "Фингал, древняя эпическая поэма в шести книгах, вместе с несколькими другими поэмами Оссиана, сына Фингала"). Значение фальшивки "Оссиана" для островной культуры примерно такое же, как для немецкой – фальшивой "Хроники Ура-Линда", а для русской – фальшивой же "Велесовой книги", и заключается оно в одном слове – "прорвало"... С этого момента уже ничто не могло сдержать могучий поток креатива.

Конец эпизода можно условно датировать премьерой оперы Винченцо Беллини "Норма" (Рождество 1831 г.). Беллини, во-первых, первый итальянец, отдавшийся кельтомании до такой степени, что написал "кельтскую оперу", а во-вторых, он отлил кельтоманию в канон. После премьеры все "узнали", что кельты – это друиды, священные камни и ненависть к Риму. Как говорится, "это – норма".

Между этими датами уместился корсиканец Наполеон, всерьез провозглашавший, что "французы – это нация кельтов, строящая кельтскую империю".

Основные имена этого периода:

Джеймс Макферсон (1736 – 1796), Шотландия

Макферсон начал мистификации еще в конце 1750-х гг., убедив в подлинности своих "гэльских манускриптов" ("Fragments of Ancient Poetry collected in the Highlands of Scotland", 1760) сперва старого вояку и драматурга Джона Хоума, который спонсировал издание. Хоум в свою очередь убедил в перспективности макферсоновских "исследований" Хью Блэра, шотландского министра по делам религии. В результате по просьбе Блэра Эдинбургская коллегия адвокатов скинулась на этнографическую экспедицию, и в неудачный сезон (осенью) 1760 г. Макферсона отправили в довольно неприятное Северо-Западное нагорье, а также на еще более неприятные и дикие гористые Западные острова на сбор не существующего устного материала. Разумеется, вместо того, чтобы куда либо ехать и плыть, Макферсон, оставаясь в Инвернессе, за рюмочкой накатал "Поэмы Оссиана". Знаменитый английский лексикограф-классицист Сэмюэл Джонсон попытался вывести Макферсона на чистую воду, но было уже слишком поздно. Ныне же кельтоманы обвиняют Джонсона в говнословии (копролалии).

Оссиан вытеснил из моего сердца Гомера. В какой мир вводит меня этот великан! Блуждать по равнине, когда кругом бушует буря и с клубами тумана, при тусклом свете луны, гонит души предков слушать с гор сквозь рев лесного потока приглушенные стоны духов из темных пещер и горестные сетования девушки над четырьмя замшелыми, поросшими травой камнями... (Гёте, "Страдания юного Вертера")

Иоло Моргануг (1747 – 1826), Уэльс

Крестный отец неодруидизма, Иоло впервые заявил о себе в 1789 году, когда опубликовал ранее неизвестные стихи Давида ап Гвилима, который считается величайшим валлийским поэтом. На самом деле все эти стихотворения были подделками, что, однако, было обнаружено лишь более чем через сто лет. Окрыленный успехом, Уильямс переехал в Лондон, где стал первым валлийским ролевиком, "воссоздавая" бардовские посвящения и "доказывая" существование друидов (у нас этих друидов – ну просто завались!) в современном ему Уэльсе. Первый конвент бардического общества под названием "Трон Бардов Британии" состоялся в 1792 году, а с 1819 года конвент стал проводить бардовские фестивали. Одновременно Иоло создал основополагающие тексты неодруидизма, такие как "Молитва друида" (Gweddi'r Derwydd) – неоязыческий гомолог Господней молитвы, а также на манер Бёме и Сведенборга расписывал визионерскую "друидическую" метафизику, заложив, таким образом, самые первые основы для "кельтского" направления New Age.

Роберт Бёрнс (1759 – 1796), Шотландия

Также рабби Бёрнс (особенно когда в переложениях Шмуила Маршака). Шотландское нашевсё. Национальный поэт Шотландии, "воплощение кельтского духа"... не написавшее ни одной строчки на гэльском (в отличие от того же Макферсона)! Потому как пейсал на скоттсе (а чаще даже и не на скоттсе, а на обыкновенном шотландском английском).
Поэт действительно великий, вот только причем здесь кельты? Роберт Бёрнс – органичная часть германоязычной литературы раннего периода европейского Романтизма.
Мы бы сказали о Бёрнсе, что Бёрнс – это "кельтомания с человеческим лицом" (собственно, с английским). Мистификациями не занимался, в террористических организациях не состоял (а заодно кинул камень в огород якобитов-анархистов), не привлекался, орфографию не коверкал, рукописи не удревнял. В отличие от следующего пациента.

Оуэн Джонс (1741 – 1814), Уэльс

Автор "Мивирианской Архайологии Уэльса" (1801–1807). Книга с названием, достойным рассказов Лавкрафта, к археологии как раз отношения не имеет, а является библиографией неких валлийских литературных фрагментов, предположительно "очень древних" (ахтунг!). Помимо рукописей, освещенных в "Архайологии", Джонс сдал в депозиты Британской Библиотеки 100 томов, содержащих "16 тысяч страниц стихов и 15 300 страниц прозы". Кажется, после этого их никто никогда не видел. А может быть, и до?
Круглые цифры вызывают подозрение (это очень мягко говоря, но мы же обещали в самом начале быть снисходительными). Но, конечно, Джонс не мог написать даже все тексты из МАУ. Похоже, какая-то валлийская средневековая литература действительно существовала. Проблема была в том, что для кельтоманов это стало сюрпризом, скорее, неприятным. Представьте себе, если бы "Слово о Полку Игореве" появилось не до, а после "Велесовой Книги". Вот так и тут.

Уильям Оуэн Пуг (1759 – 1835), Уэльс

Автор первого валлийско-английского словаря, близкий друг Оуэна Джонса. Известен как человек, через которого в мир пришел "Мабиногион". С 1795 года он публиковал фрагменты этого цикла в журналах, а через несколько лет после его смерти цикл был переведен и опубликован полностью Шарлоттой Гест, что, наряду с уже упомянутой оперой "Норма" ознаменовало следующую фазу эпидемии.
Само происхождение Мабиногиона крайне туманно даже для кельтологических сфер. Определенно только, что это не фейк XVIII или XVII века, т.е. не текст Модерна, а вот за елизаветинским порогом оптики начинаются споры. За 200 лет прошедших с публикации, нарратив Мабиногиона был удревнен сперва с XV века до XIV, а теперь уже 1060 г. считается "консенсусом". "Это окно в Железный Век", кричит тем временем буйный Джон Кох [Koch, John T., "A Welsh Window on the Iron Age: Manawydan, Mandubracios"], датируя истории цикла на основании одному ему понятной дивинации VI веком н.э., но его пока крепко держат санитары. Впрочем, и он вырвется – не вопрос, точнее, вопрос времени. А также веры. Веры в "кельтское".

[продолжение следует]
celtic-skeltic

Блеск и нищета кельтомании, эпизод 1

Кельтомания как культурная тенденция чуть старше Санкт-Петербурга, и, хотя далее по тексту мы будем ее в основном разоблачать и громить, следует признать, что даже будь это явление 100% конструктом эпохи Модерна (а это все-таки не совсем так), 350 лет – это вполне солидный возраст для уважаемой европейской традиции (с маленькой буквы), не только по местным меркам, но даже и по собственно западноевропейским. Для России же три столетия – это, понятно, замшелые крабы и окаменелые трилобиты. Вот почему для деконструкции кельтомании придется вооружиться куда более мощной исторической оптикой, чем та, которая доступна изнутри "карамзинского" сарая.

350 лет это действительно очень много, поэтому имеет смысл как-то периодизировать предмет нашего скромного исследования. Например, так:

ЭПИЗОД I. КАБИНЕТНЫЙ

Начался сразу после окончания английской революции и окончился с началом французской революции. Важнейшие деятели этого периода:

Эдвард Ллуйд (1660 – 1709), Уэльс

Лингвист, один из первых исследователей т.н. Островных языков (Insular languages) Островные языки – это изначальный и подлинно научный (научно нейтральный) термин для того, что сегодня известно как "кельтские языки". Ллуйд как раз и придумал прилагательное "кельтский" на основе текстов классических авторов – Гекатия Милетского (VI в.до н.э.) и Геродота (V в. до н.э.). Проблема в том, что у Гекатия Keltoi были названием племен, живших вокруг фокийской колонии Массилия (ныне Марсель), а у Геродота так звали обитателей верховьев Дуная, т.е. нынешней Австрии. Ллуйд же механически перенес этот этноним на Британские острова, после чего уже все повторяли за ним как попугаи. Хотя ко временам Цезаря и Страбона жители античной Западной и Центральной Европы иногда действительно использовали это имя наряду с куда более распространенным "галл" (общепринятной этимологии обоих слов до сих пор не существует – привет индоевропеистам), в том числе и для самоназвания, нет вообще никаких свидетельств о том, что оно хоть когда-либо распространялось хоть на какую либо этническую группу к северу от Франции (в то время как "гэлы" – аутентичное самоназвание по меньшей мере горных шотландцев *). Таким образом, причисление жителей Островов к "кельтам" лежит целиком на совести Ллуйда.

Джон Обри (1626 – 1697), Англия

Автор книги Monumenta Britannica – первого атласа древних архитектурных памятников Британских островов. Человек, впервые связавший Стоунхендж (уже порядком мифологизированный к тому времени Джоффри Монмутским в Historia Regum Britanniae) и другие мегалитические памятники с так называемыми друидами. Примечательно, что за почти 400 лет, прошедших со времен Обри, ни строители Стоунхенджа ни его назначение так достоверно и не установлены, а дата последних строительных работ на монументе (если не считать таковыми тайную "реставрацию" умелыми ручками поколений кельтоманов) физическими методами определяется XVII столетием до н.э., что исключает участие в них каких бы то ни было "кельтов" и вообще индоевропейцев. Но благодаря самонадеянной суете Обри просвещенный мир "узнал", что в Англии полно "друидических храмов" (первая часть "Монументов" так и называется – Templa Druidum). При жизни Обри книга не издавалась, зато полное издание рукописи, включая дневники Обри, увидело свет в 1980-е, на пике контр-культурной фазы кельтомании (см. далее)

Роберт Кирк (1644 – 1692), Шотландия

Это совершенно удивительный человек, автор абсолютно уникальной безымянной англоязычной рукописи которая была издана (здесь нам в первый, но не последний раз придется поверить, что не написана) Вальтером Скоттом лишь в 1815 году под названием "Тайное Содружество или Эссе о Природе и Деяниях Подземного и (по большей части) Невидимого Народа, обычно называемого именами Фавнов и Фей и т.п. среди Шотландцев Равнин в соответствии с описаниями тех, кто наделен вторым зрением". Русский перевод книги недавно вышел в свет. Кратко говоря, это первоисточник вообще всей последующей "кельтской магии", но сама эта книга отражает попросту верования шотландцев второй половины XVII века, причем шотландцев цивилизованных и христианизированных. Сам Роберт Кирк был реформатским священником, переводил библейские псалмы на шотландский гэльский язык и участвовал в издании первой гэльской Библии. Именно поэтому Сиды (у Кирка, кстати, "Ситхи") или Добрый Народ сконтаминированы в тексте с таким понятиями как "ангелы", "демоны" и даже "астрал" (! **), и без бутылки хорошего шотландского виски в нем довольно сложно отделить демонологию общеевропейского ренессансного толка от собственно этнических представлений. И разумеется, Кирк еще не знал ни про каких "древних кельтов". Он-то занимался записью "шотландских суеверий" и только.

Чарльз О'Коннор (1710 – 1791), Ирландия

Здесь все совсем плохо. Это первый автор современной (светской) истории Ирландии ("Диссертации по древней истории Ирландии" (1753). В некотором роде – ирландский Карамзин или, скорее, ирландский Татищев. Считается, что О'Коннор имел доступ к большому количеству ирландских манускриптов, некогда находившихся в собственности католического лорда Фергала О'Гадра. Ядро этих манускриптов называется "Анналы четырех мастеров". Первая проблема заключается в том, что Анналы записаны... в 1632-1636 годах "местным францисканским братством". Вторая заключается в том, что патроном Анналов был сам лорд Кулавина Фергал О'Гадра. Третья проблема в том, что из четырех авторов лишь один был францисканским монахом, остальные же – горожане, друзья О'Гадра. Четвертая состоит в том, что никто никогда не видел более древних первоисточников для Анналов, а многие тексты самих Анналов существуют в одном единственном экземпляре. Пятая – в том, что при жизни Четырех Мастеров текст Анналов не печатался "из-за некоторых разногласий". Шестая же в том, что О'Коннор получил эти документы для работы не в Ирландии от потомков Фергала, а... в Стовской библиотеке (Stowe House Library) в Бакингемшире, Англия. В общем, вы уже начинаете кое-что понимать.

А как же Уильям наш Шекспир, спросите вы? Как же Король Лир, Царица Мэб и феи? Вон уж где "кельтское"! Надо хотя-бы с Елизаветинской Англии считать...

Не. Не надо. Шекспир, кем бы он ни был, работал ДО введения в английский язык слова "кельты". Лир, Мэб и т.п. в его представлении относились, разумеется, к сфере "британского", а не "кельтского". Источником "Короля Лира" является "Historia Regum Britanniae" Джоффри (Гальфрида) Монмутского (XII в.). Достоверность последней, что типично для текстов архаики, примерно такая же, как у списков ранних китайских императоров или у борхесовского Тлёна, т.е. с отрицательным знаком (стремительно поглощает мозг несчастного позитивиста и вытесняет базовую реальность). Достаточно сказать, что король Лир согласно HRB жил в X веке до н.э., был современником пророка Исайи и Гомера. Тот же Гальфрид привез с Континента (из Бретани) предания о короле Артуре и Мерлине (Мирдине) и "островизировал" их, да так удачно, что французская Бретань – подлинный первоисточник легенды – навечно оказалась в положении "Бывшей Югославской Республики Македония", которая должна доказывать, что она Македония.

Откуда взялась "царица Мэб" не знает вообще никто. Есть крайне недостоверная (читай кельтоманская) версия, что это ирландская богиня Medhbh (Мейв в современном английском произношении). Это имя – однокоренное с русским "медведь", означает, соответственно, "Медвяная", и нужно приложить очень большие усилия (к страпону головного мозга), чтобы объяснить с т.з. английской лингвистики, как произошло озвончение финаля в английском ко временам Шекспира, а к сегодняшнему времени – гляди-ка – снова пропало ("Мейв" по правилам фонетических переходов в этом языке никогда не стать "Мейб").

Куда более достоверным выглядит тот вариант, что Мэб это cut-up от "A/mab/ilis" – ренессансного эпитета Венеры (см. о "венерках" и Венусберге у Парацельса).

Что до фей, которым Мэб повитуха, то слово "fairy" одно из самых загадочных слов в английском германском языке – с вариантами этимологий от авестийского "пайрика" (ведьма) до западно-тюркского "тейри" (небожитель). При этом надо еще разобраться с французским fe'e, этимология которого от fatum едва ли достоверна. И, разумеется, это слово отсутствует в любом из "кельтских" (Островных) языков. Да-да, у ирландцев и шотландцев нет никаких "фей" и (как мы уже видели выше) – они... не кельты. БАЛЕРИНА НЕ ЖЕНЩИНА И ОНА НЕ ТАНЦУЕТ.

Продолжение здесь.

____
* и даже шотландское gael может быть, в свою очередь, никак не связано с континентальным "галл", поскольку древнеирландская форма этого слова — goidel, а древнеирландский как раз является предковым по отношению к шотландскому гэльскому.

** вероятно это вообще первое в истории оккультной литературы употребление понятия astral не как прилагательного, а как существительного:

These Siths or Fairies they call Sleagh Maith or the Good People […] are said to be of middle nature between Man and Angel, as were Daemons thought to be of old; of intelligent fluidous Spirits, and light changeable bodies (lyke those called Astral) somewhat of the nature of a condensed cloud. (Kirk)
celtic-skeltic

Полное пророчество Морриган



земля сoшлась с небoм
небo приблизилocь
сила пoвсюду
чаша перепoлнена
пoлна oна медoм
в дocтатке честь
летoм и зимой
щит стoит за кoпье
и башня стoит за щит
избытoк шерсти у oвец
избытoк стрoевoгo леса
все разрушения в прoшлoм
всюду плoдoнocят деревья
ветви их тяжелеют
едва начинают расти
бoгатые сынoвья
и все oни ученые
ярмo не лезет на шею быка
быка как из песни
хвoрocта изoбилье
палисадники нoвые и яркo oкрашены
ocенью приплoд жеребят небывалый
земля в безoпаснocти
пoэзия в ней сoвершенна
пусть так будет вoзмoжнo дoльше
земля сoйдется с небoм
небo приблизится
и так – девять пoкoлений пoдряд (180 лет)


Тoгда Мoрриган спрocили o тoм, чтo будет затем:

в мире, чтo я вижу, мне ничтo не любo:
зима без снега
летo без цветoв
кoрoвы без мoлoка
женщины без скрoмнoсти
мужчины без храбрocти
пoхoды без кoрoля
деревья не плoдoнocят
мoря рыбу не принocят
старейшины все заблуждаются
и судьи все крючкотворы
каждый мужчина предатель
каждый с измальства вoр
сын прoберется в пocтель oтца
и oтец ляжет с девушкoй сына
всякий будет другoму шуринoм
не станет уж искать себе жену за стенами дoма
злoе время
сын oтца предаст
дoчь мать oбманет


перевод 2016

(Античный истoрик Арриан рассказывает, чтo кoгда Александр Македoнский спрocил группу кельтских вoинoв, известных свoей ярocтью, чегo oни бoятcя, oни oтветили, чтo ничегo на свете, разве чтo небеса упадут на гoлoву).


См. также Демоническая природа этногенеза
См. также К корням гламура
celtic-skeltic

Небесные ландшафты Северного Предания



ТО, БЕЗ ЧЕГО МОЖНО НЕ НАЧИНАТЬ

Восемь ночей
я в муках провел
без питья и без пищи.
(Речи Гримнира)

...человека, на которого собаки не стали лаять, он велел схватить. Пришелец был в синем плаще и назвался Гримнир. Больше он о себе ничего не сказал, как его ни расспрашивали. Конунг велел пыткой добиться от него ответа и посадить между двух костров. Так он просидел восемь ночей без еды и питья. (Старшая Эдда)

На девятый (число доступных человеку миров в нордической Традиции) день десятилетний (число полноты) сын конунга Агнар дает Гримниру напиться из рога. То, что представлено как "детская милость", конечно, в реалиях скандинавского общества не могло быть исполнено без приказа отца. Таким образом, перед нами вполне определенные действия со стороны именно конунга, имеющие отношение к воинской инициации. Далее Гримнир перечисляет все пронумерованные миры плюс "острова" или миры без номера.

Священную землю
вижу лежащей...
(и т.д.)

Формула "вижу", произнесенная в состоянии, близком к смерти – ключевая для северного корпуса текстов и достаточная для аттестации.
Например, у Ибн Фадлана знаменитое "О вижу я и мать, и сестёр с братьями", произносимое перед принесением себя в жертву жены руса (после сакрального промискуитета с дружиной и сильного опьянения, перед удушением и закалыванием).
В северной Традиции один из основных подходов к осуществлению духовного путешествия – именно такой, pre mortem (или как минимум в результате сильного шока). То же и у кельтов, но в более смягченном виде, например у Кирка в "Тайном сообществе" человек, желающий видеть фей, должен был перегнуться с телеги через обод колеса, просовывая голову между спиц. Стояночных тормозов тогда у телег не было, а сами телеги были легкие – на манер турецкой арбы, так что человек ежесекундно рисковал сломать себе шею.

Когда Гримнир заканчивает свою речь, он внезапно называет себя Одином (т.е. полностью инициированным). Тогда конунг встает, роняет меч, спотыкается и падает на меч (с профанной точки зрения максимально глупая и нелепая смерть), а Агнар становится конунгом (не забываем, что его десятилетний возраст означает полноту свершения). Один-Гримнир исчезает.

Правильная интерпретация этого отрывка очень сложная задача. Было бы слишком просто заявить о том, что конунг "не узнал" бога, а его сын узнал. Как мы уже отмечали, действие сына (исцеление пленника) в контексте семейной этики того времени не могло быть осуществлено без разрешения или приказа отца. Так же и пленник, находящийся целиком во власти своего хозяина, не начинал бы дерзкие речи без дозволения конунга. Все это было людям того времени прекрасно понятно. Таким образом, явление Гримнира – это прежде всего послание самому конунгу. По сути Один-Гримнир "пришел" за конунгом, а в тот момент, когда он "открылся" конунгу как Один, для конунга уже не было пути назад.

Этот отрывок называется Гримнисмал, причем его поэтическая часть (перечисление Гримниром миров) намного старше прозаической и уходит в дописьменную бездну. Прозаическую часть (ее датируют 1270-ми годами) на самом деле можно считать комментарием к поэтической, наподобие комментариев к Торе. Желание представить эту группу текстов монолитным повествованием под брендом "Старшая Эдда" надо оставлять на совести кодификаторов, переписчиков и издателей Нового Времени. К сожалению, развернутой герменевтики и даже текстологии древнескандинавских текстов не существует (может и к счастью, если учитывать горький катаклизм, которым стала кельтология).
Наиболее же часто цитируется Хавамал или Речи Высокого, который также не входит в некую "каноническую" Старшую Эдду, как везде понаписано, а, напротив, те тексты, которые фигурируют сегодня под обложкой "Старшая Эдда", вместе с Хавамал входят в так называемый Королевский Кодекс, который был открыт на пике датской гегемонии во второй половине XVII века. Хавамал для наших задач не такой интересный, там много поздних (моралистических) слоев. Но под Высоким там также имеется в виду Один. Таким образом, мы приходим к интересному выводу о том, что для (по крайней мере этой ветви) северной Традиции "нет ничего кроме Одина", что Один это фундаментальная парадигма.
Осмелимся предположить, что в "Гримнисмал" Одином был не только Гримнир, но и конунг и его сын Агнар.


БОГ ОДИН И ЭТО ОДИН

Итак, Одином был не только Гримнир, но и конунг и его сын Агнар:
Гримнир – по его собственному признанию, конунг – как адресат послания Одина и как осуществивший на манер своего рода алхимической операции "проявление Одина из Гримнира" путем помещения Гримнира в критическую для жизни ситуацию (поскольку Один согласно мифу инициировал себя сам, то и проверять инициацию Одина может тоже только сам Один), наконец, сын конунга Агнар – тоже Один, как "узнавший" Одина в Гримнире (т.е. проявивший главное качество Одина – мудрость видения).
Итак, здесь сразу три уровня понимания. Только на первом, "легендарном" уровне у нас есть таинственный пленник, который оказывается посланником из другого мира, которого конунг не распознает и который вознаграждает поэтому его более внимательного сына, а конунг получает премию Дарвина, напоровшись на собственный меч. На втором, "магическом", уровне конунг сам приносит себя в жертву и командует сыном, осуществляя смену поколений, используя посредничество бога. Наконец, на третьем – Один, которым являются все участники Гринмисмал, непрерывно приносит в жертву сам себя в абсолютном божественном времени. Своего рода одиническая Троица, но, в отличие от Троицы христианской, в одинической – приносит себя в жертву Отец, а Сын – тот, кто остается (т.е. настоящий момент времени, даже сам феномен относительного времени и самоосознающее "я" в нем).

Один ныне зовусь,
Игг звался прежде,
Тунд звался тоже,
Бак и Скильвинг,
Вавуд и Хрофтатюр,
Гаут и Яльк у богов,
Офнир и Свафнир,
но все имена
стали мной неизменно
(Гримнисмал)

Ответив на вопрос "где происходит Гримнисмал", мы и ответим на вопрос, где находятся девять миров и как туда добираются, что и является предметом, который должен следовать за настоящим кратким обзором.


НЕМНОГО ПРО БИФРОСТ

Если бы даже нам хотелось сопоставить Дрожащий Путь или Бифрост нордического Предания с северным сиянием, для этого нет никаких традиционных оснований. В тексте Младшей Эдды Gylfaginning ("Видение Гюльви") читаем:

Разве тебе никогда не говорили, что боги построили мост с земли на небо называемый Путем Сотрясения? Ты верно и видел его, но принимал за радугу (regnboga). В нем три цвета, и он очень прочен, так как сделан искуснее любых прочих строений.

Сравнение моста на небо с радугой (а ни в коем случае не механическое отождествление "обычной" радуги с мостом на небо *) находит свои прочные параллели в других традициях, в частности, в тибетской и каббалистической ("В каком виде бывает радуга на облаках во время дождя, такой вид имело это сияние кругом" (Иез. 1:26-28 и также в Сефер Хейхалот: "Каждая хаййя увенча­на 2 000 венцами, и каждый венец подобен радуге"; "И эти дуги радуги светлее и ярче, чем белизна солнца в летнее равноденствие" и т.д.).


НЕНУЖНЫЕ

Вот речи Высокого
в доме Высокого,
нужные людям,
ненужные ётунам
(Хавамал)

Материя в нордической метафизике имеет титаническую природу – это труп первогиганта Имира, т.е. материя – это остановленное асами-олимпийцами время хримтурсов-титанов, причем мир все еще продолжает отвердевать, поскольку все еще наблюдаются случаи окаменения троллей. Причем живущие сегодня великаны-йотуны это потомки хримтурса Бергельмира, внука Имира, который вместе с неназванной женой единственный из великанов пережил потоп (а потопом и было истечение крови инеистого Имира) ни много ни мало на ковчеге. Здесь уместны параллели с I Енохом и 31 разделом "Берешит" Мидраш Раба.

Имира плоть
стала землей,
стали кости горами,
небом стал череп
холодного турса,
а кровь его морем


Вафтруднир сказал:
"За множество зим
до созданья земли
был Бергельмир турс;
в гроб его
при мне положили -
вот что первое помню"
(Вафтруднисмал)

Любопытно, не правда ли, что все это происходит "до созданья земли", т.е. до окончательного оформления нынешнего мира (хотя, как было сказано выше, оно все еще продолжается).

Таким образом, чтобы преодолеть ограничения физического мира, который является трупом хримтурса, и получить видение миров, имеются как минимум два пути:

1) Первый путь – преодолеть в себе природу йотуна, пользуясь асической моделью (т.е. уподобляясь асу).

2) Прибегнуть к посредничеству пограничного класса существ.


ТАКОГО КАК ОДИН

Поскольку до нас текстуально дошла только одиническая ветвь Традиции (а скандинависты предполагают, что возвышение Одина связано с движением викингов, и в собственно древней Скандинавии, т.е. до начала движения, было много разных асических парадигм, следы которых обнаруживаются в сагах), то уподобление асам мы будем далее понимать только как уподобление Одину. Это путь одинической инициации.

Второй путь связан с сейдром или дивинационной магией, которая предполагала инвокацию к посредническим существам, например к норнам, имеющим квази-титаническую природу:

[Один] сказал:
"Я странствовал много,
беседовал много
с благими богами;
какие три девы
высоко над морем
парят в поднебесье?"

Вафтруднир сказал:
"Три мощных потока
текут над жильем
дочерей Мёгтрасира;
для людей эти девы –
духи благие (Hamingja),
хоть предки их – турсы (в оригинале – "хоть йотунами удочерены")
(Вафтруднисмал)

См. также Некоторые данные иудейской Традиции о "снежном человеке" так называемом
См. также Почему нельзя пользоваться даже Вульгатой: интересная личность

___
* От этого нас предостерегает сам текст Gylfaginning, так как после сравнения моста с радугой следует обескураживающее натуралиста "в нем три цвета", а викинги отнюдь не были дальтониками.
celtic-skeltic

Как на самом деле заканчиваются деревни

Пpактика пoказывает, чтo кoгда депoпуляция пеpехoдит за oпpеделенную чеpту, начинают пpoявлять себя так скажем силы, кoтopые уже нельзя oтнести пpoстo к "естественным фактopам". Пocледние жители как пpавилo буквальнo убегают из пoкидаемых сел (инoгда пocледние жители, как волки у Чуковского, убивают дpуг дpуга). В тех же казахских Калачах депoпуляция началась задoлгo до т.н. "сoннoй бoлезни". Еще раз: сначала вoкpуг центpа Калачей сфopмиpoвался "пoяс запустения", и только потом oттуда уже пoпеpла всякая неведомая *****я фигня, после чего уже произошла официальная эвакуация.



И в такoм месте жить уже нельзя. Сёла не вoзpoждаются в пpинципе. "Вoзpoжденнoе селo" – эвфемизм для заново основанного. Всегда. "Нью-Васюки" (с oбязательным сдвигoм axis mundi хoтя-бы на паpу сoтен метpoв) – истopическая нopма, нo вот сами "экс-Васюки" веpнуть уже никoгда нельзя.

См. также К переводу Исайи 13: 21-22
См. также Марсиане Богданова против Нефилим или кое-что о демографии
См. также СССР как герметическая колба
См. также Как на самом деле закончилась алхимия